Против обыкновения, говорливый Лефебур не проронил еще ни слова.
Он немного поодаль покуривал свою старую трубку, тихонько посмеиваясь, как будто забавляясь своими собственными мыслями. Когда Грипперт замолчал, он поднял голову:
— Вулканический остров! Ба! Достаточно было бы симулировать маленькое извержение.
— Что? Что вы хотите сказать?
— Объяснитесь!
Никто не понимал. Но во мне вдруг мелькнула догадка. Я вспомнил, как Лефебур несколько раз останавливался в раздумьи перед бочками с серой, сложенными на берегу.
— Браво, Роберт — воскликнул я. — Совершенно верно! Ты нашел выход. Да, пары искусственного извержения!
По настоянию остальных помощник капитана продолжал:
— В чем заключается вопрос? Выиграть время: две недели, месяц до того момента, как Лига наций передаст остров N Франции. Ладно. Поскольку самое существование острова находится под сомнением и точное местоположение его никому неизвестно, мало шансов к тому, чтобы какая-нибудь экспедиция отправилась на его поиски, в особенности там, где он расположен, значительно севернее места, указанного в донесении «Шамплайна», и в стороне от обычного торгового пути. Следовательно, если мы должны проследить отсюда время женевского решения, за это время вряд ли здесь пройдет больше двух-трех случайных судов. А что скрыть от них? Не существование острова — эта острая скала и снежный конус вряд ли привлекут их, — надо скрыть единственно удобное место высадки и наши разработки.
— Ну что ж, капитан, это я беру на себя, особенно если мы будем иметь дело с людьми слишком любопытными и торопливыми, как капитан одного трансатлантического парохода, например. У нас есть сера…