- Чего это ради! И без того жарко.
Некоторое время ребята сидели молча, склонившись над своими тетрадями. Только слышно было, как сопит Саша Городищев. Первым поднял голову Костя Безуглый.
- Готово, - сказал он, подошел к доске и стал чертить. - Вот это ось. Это шестерня. На шестерню накидывается цепь. Что она делает? Она проходит через ролики и набрасывает на шестерню ручки, которые сидят на валу. Понятно? Дальше… Рукоятка вращается вокруг оси вала. Что этим достигается? Этим достигается движение коляски вперед. А вращая рукоятку вокруг передней вилки, мы достигнем поворота переднего колеса… Всё. Просто и хорошо. - Он небрежно бросил мел и похлопал себя по широкому лбу: - Вот голова!
- Просто! - уставился на него Ваня Заднепровский. - Вот это - просто? Ты бы еще сюда мотор приспособил!
Саша, который смотрел на доску одним глазом (другой он всегда прищуривал, когда усиленно думал), решительно сказал:
- Не пойдет.
И опять склонился над своей тетрадью.
- Почему это «не пойдет»? - обидчиво оттопырил Костя губу, над которой уже темнел пушок.
- Сейчас, - отозвался Саша. Он что-то дописал в своей тетради, посопел и опять поднял голову. - Потому, что будет цепь соскакивать. При такой конструкции цепь должна быть эластичной и всегда натянутой, а этого тут не достичь.
- Не достичь? - задорно сказал Костя и так нагнул голову, будто хотел боднуть Сашу. - Это почему?