— Никуда. Мы тут будем. Сейчас машина двинется и поднимет фонарный столб. А мы сюда сели для тяжести — чтоб столб не потянул машину назад.
И Борис вспомнил, что говорила недавно мама за обедом. Она говорила, что горсовет решил установить к 20 мая везде новые столбы с кронштейнами, что уже доставлены молочно-матовые фонари и они протянутся по улицам, как огромные жемчужные ожерелья.
— А почему не лебедками? — спросил Борис девочку. — На других улицах, я видел, лебедками ставят.
— А где их столько взять, лебедок, когда работа идет по всему городу сразу! — сказала пожилая женщина.
Ребята заспорили. Одни говорили, что красивей их города на свете нет, другие, что Москва и Ленинград, пожалуй, будут красивей. Да вот еще — Киев.
— А наша улица все равно самая красивая, — сказала Антошка.
Потом стали спорить о домах и о цветочных клумбах во дворах.
Но тут толстяк закричал:
— Газу-уй!..
Мотор загудел, и машина медленно пошла вперед. Перекинутый через мачту трос отделился от земли, на которой он лежал, как огромная змея, и образовал в воздухе тупой угол. Столб шевельнулся и медленно стал подниматься. Машина остановилась. Остановился и столб и так, в наклонном положении, застыл в воздухе. «Ррру-ррру-ррру!» — рычал мотор, но машина больше не двигалась и только мелко дрожала, будто ее трясла лихорадка. К ней подбежали двое рабочих и уперлись в борт плечами. Машина чуть продвинулась вперед, немножко поднялся выше столб, и тут же все опять остановилось.