Кроме водопада, в Найагара фоллс осматривать нечего. В нем нет заслуживающих внимания исторических памятников или культурных учреждений. К последним я не отношу, конечно, католический Ниагарский университет, готовящий кадры сеятелей мракобесия. Но в ближайших окрестностях города имеется индейская резервация, о существовании которой мы узнаем из дорожного справочника.
Всем нам известна трагическая судьба индейских племен, некогда населявших всю нынешнюю территорию Соединенных Штатов и почти целиком истребленных американскими колонизаторами. Во второй половине XIX века остатки индейских племен были насильно загнаны в так называемые резервации. Нам представился случай побывать в одной из таких резерваций, и мы, естественно, решили им воспользоваться.
На стоянке автомашин я спрашиваю рабочего, как проехать к резервации. Работники бензозаправочных колонок и гаражей обычно весьма осведомленные люди, и вы всегда можете получить у них любую справку, относящуюся к автотранспорту и к интересующему вас ближайшему маршруту. Но на этот раз дело обстоит иначе.
– Индейская резервация? – в раздумье переспрашивает рабочий. – Возле Найагара фоллс? Никогда не слыхал о такой.
Я обращаюсь с тем же вопросом к служащему, примостившемуся в крохотной конторке гаража.
– Что? Резервация? Какая резервация?
По тону служащего и по недоумению, написанному у него на лице, я вижу, что дальнейшие расспросы бесполезны. Повидимому, он просто не понимает, о чем идет речь. Слово «резервейшн», кажется, известно ему только в значении «предварительный заказ». Ясно, что поселок индейцев не входит в число зрелищ и атракционов, показом которых живет город, и, следовательно, не принадлежит к тем полезным справочным сведениям, которые могут понадобиться туристам.
У меня мелькает мысль: может быть, резервация ликвидирована? Может быть, дорожный справочник устарел? Я быстро перелистываю его. Нет, справочник только что издан, и в нем ясно сказано, что в окрестностях Найагара фоллс расположена индейская резервация. Значит, надо искать дорогу. Но как?
Мы решаем ехать наугад по улицам города и по пути наводить справки. Однако пешеходы также не сообщают ничего определенного. Некоторые проблески надежды появляются лишь после разговора с постовым полисменом.
– Резервация, резервация… – некоторое время бормочет он, что-то мучительно вспоминая. Затем вдруг оживляется: – Да, да, знаю. Как же… За кладбищем, миль пять от города.