Я опять в Москве, в привычном круговороте той кипучей жизни, которой живет вся наша страна.
Но часто ход международных событий заставляет меня вместе с миллионами людей настороженно оглядываться на ту заокеанскую страну, где зловещей угрозой человечеству высятся небоскребы Уолл-стрита.
А в скором времени по возвращении мне пришлось вспомнить о своей поездке через Бермуды.
Поводом для этого послужило газетное сообщение о том, что независимый депутат английской палаты общин Плэтт-Миллс сделал запрос правительству о положении на Бермудских островах. Он спросил: известно ли английскому правительству о решении верховного суда США, согласно которому районы американских баз на Бермудских островах, предоставленные Англией в аренду Соединенным Штатам, являются отныне американскими владениями?
Государственный министр Макнейл не стал отрицать, что такое решение верховного суда США английскому правительству известно, но от каких-либо комментариев воздержался.
– Сейчас выясняется значение этого решения, – в замешательстве добавил он.
– Но американский суд прямо заявил, что Бермуды – это американская территория. Что же тут выяснять? – настаивал неугомонный Плэтт-Миллс.
От дальнейшей дискуссии на эту неприятную тему Макнейл предпочел уклониться. Не мог же английский государственный министр прямо признать, что американское господство над Бермудскими островами, фактически существовавшее уже с 1940 года, вступило в стадию открытого юридического закрепления.
В другой раз я вспомнил свой трансокеанский перелет, когда узнал, что любому американцу предоставлено право въезжать во Францию без всякого контроля со стороны французских властей. Я отчетливо представил себе возмущение моего спутника, французского журналиста, в свое время бесцеремонно выставленного из Америки. Действительность недвусмысленным образом подтверждала самые худшие его опасения. Любой американец мог теперь свободно въехать во Францию, тогда как поездки французов в Америку попрежнему подлежали строжайшему контролю американских властей. Но ведь это была лишь одна из тех многочисленных уступок, которые приходится делать французским правящим кругам под все усиливающимся давлением Соединенных Штатов. Эти уступки наносят существенный ущерб государственному суверенитету Франции и ее национальным интересам.
То же самое можно сказать не только об Англии и Франции, но и обо всех странах Западной Европы, участвующих в Западном блоке и Северо-Атлантическом пакте. Им непрерывно приходится совершать политические и экономические уступки Америке, ибо они попали в фарватер агрессивной американской дипломатии.