XVI
Между тем дела Анки в прядильной идут все хуже.
— Глупая, — говорят ей девушки.
Разумеется, глупая. Но Анка уперлась — и все. Нет и нет.
В субботу она стоит за получкой.
— Вычет. Опять на пятидесяти шпульках нитка порвана.
Она низко клонит голову. Известно, ничего им не докажешь, не стоит и глотку надрывать.
А там — повреждение станка. Три часа она праздно стоит, пока возится механик. Штраф. В субботу, когда его вычтут, от получки почти ничего не останется.
Мастер поджидает у выхода.
— Ну, как? Надумала, наконец?