Вечером, когда они, грязные и потные, возвращаются в заведение, их встречает во дворе ксендз-настоятель.
— Что ж это сегодня так мало?
— Как так мало? — брат Михаил утомлен и сердит. — Восемь телег — это мало?
— Как восемь? Шесть! Я же считал.
— Э-э… считал… Анатоль, иди-ка сюда! Сколько телег ты сегодня привез?
— Да не знаю, право… Я не считал. Не то семь, не то восемь.
— А не шесть?
— Может, шесть… Не помню…
Брат Михаил еще некоторое время ссорится с ксендзом-настоятелем, наконец они устанавливают, что телег было семь. Анатоль уходит. Страшная тяжесть сваливается с его сердца.
Крестьянин расплачивается добросовестно; по пути в школу Анатоль ежедневно получает полбуханки. Набивает рот кислым черным хлебом, с наслаждением глотает огромные куски или долго, вдумчиво жует. Хоть раз, хоть ненадолго желудок полон. Не сосет под ложечкой, не тошнит, рот не наполняется голодной слюной, челюсти не сжимаются в болезненной судороге. Сытость! Хоть раз, один-единственный разок наесться так, чтобы уж больше и не хотелось.