Он соображал, собирался с мыслями, пытался сформулировать вопрос.
— Вы мне не скажете правды, сестра. Но вот подумайте. Если бы с вами случилось такое… Лежите вы в госпитале, слепая…
— Ты не слепой, — сказала она сурово.
— Ну, на один глаз, всё равно… Значит, без глаза, без руки, без ноги. Захочется вам тогда жить, а? Захочется?
Он насмехался злобно, упрямо, и тёмный глаз пылал лихорадочным огнём.
— Только правду, одну правду. Если вы вообще можете без обмана.
— Я скажу тебе правду, — ответила Мария спокойно. — Ляг как следует. Дай-ка поправлю подушку, вот так. Теперь слушай…
Она взяла его горячую руку. Он лежал спокойно, ожидая.
— Видишь ли, я не могу тебе сказать, как обстояло бы дело со мной. Что бы я чувствовала, чего бы хотела. Быть может, я и желала бы умереть.
— Вот видите!