— Пить?
— Тоже нет, — еще тише буркнул солдат.
— Это хорошо, это очень хорошо… Ни кусочка хлеба, ни капли воды! Деревня не хочет нам дать есть, а мы им не дадим есть… Хотят подыхать, пусть подыхают. Невелика потеря…
Нет, он не мог высидеть в избе. Он снова вышел. Подумал было, не зайти ли домой, но при мысли о Пусе его охватила скука. Он повернул к позициям, где стояла артиллерия. Артиллерия была его слабостью, хотя он не был специалистом в этой области. Теперь он решил дать себе разрядку, устроив небольшое учение орудийной прислуге.
Несколько минут спустя на площади уже послышался его резкий голос, выкрикивающий команду и ругательства по адресу солдат.
— Бесится, — заметил один из солдат в комендатуре.
— Как же ему не беситься… Хлеба нет как нет, да еще староста сбежал…
— Далеко не убежит, наши его поймают.
— Если он бежал в тыл, — прибавил другой.
— А если вперед — большевики с него кожу сдерут. Нет, уж ему-то завидовать нечего.