Тот пожал плечами.
— Глупости! Ведь это все новые части.
— А я бы все-таки, знаешь, проверил.
— Что ж, проверяй, коли тебе охота время терять.
Движутся, движутся ряды солдат. Поскрипывают ремни, блестят штыки на солнце. Низко, над самым лесом, над поляной кувыркается маленький самолет.
Иностранный журналист возвращается к трибуне.
— Ну, что?
— Ничего. Они уходят к реке, а оттуда другой дороги нет… Решительно ничего не понимаю.
— Я тебе сто раз говорил, что тут ничего не понять…
Шелестят листки записных книжек, заполняются мелкими темными строчками. Украдкой посматривает на них Шувара.