— Здесь, здесь, как же… Одно время в лесу прятался, а теперь здесь. В армию-то его не взяли — стар, говорят, куда ему воевать!.. Так он уж здесь остался. Деревню, говорят, отстраивать будут — ну, он тут вроде этим занимается… Да куда там, ведь еще недели нет, как во Влуках бой был…
— То есть как это недели нет? — удивился Стефек.
— Так вы не знаете?
— Ничего не знаю, ведь немцев уже давно нет?
— Давно-то давно, — нерешительно заговорила Паручиха. — Да ведь не о немцах речь.
— О ком же?
— Да ведь они оставили здесь этих своих… бандеровцев. Вот с этими бандеровцами и дрались во Влуках. Во вторник, что ли? Во вторник и есть… Они-то думали, что во Влуках нет армии, вот и пришли они эти реквизиции делать. А там как раз красные стояли — да как дадут им! Говорят, всю банду разгромили. Да, верно, остались еще другие, по лесам бродят… Так что войны вроде и нет, а все же будто и есть. Неохота и браться ни за что, — кто его знает, что еще будет? Уж так натерпелись… Просто не верится, что уже кончилось… Что ж, я, конечно, дура-баба, ничего не знаю. А знать-то хотелось бы. Наверняка бы знать, что все уж кончилось, что опять будет по-прежнему…
— Скоро наведут порядок, — глухо ответил Стефек.
— Может, и скоро, — согласилась Паручиха. — Еще бы! Силища такая, дорога гудела, когда проходили. Так вы думаете, что фашиста совсем прогнали? А то он еще летал дня три назад… Правда, отогнали его…
— Вот видите, отогнали. Нет, больше они сюда не придут.