— Надо бы узнать, что это за прохвосты там были.
— Мало ли прохвостов? Вы что, уже забыли о нашем эшелоне? Хотя бы этот Светликовский, который нас обокрал?
— Не станешь же оправдываться, что нас, мол, тоже поляки обокрали.
— Да в чем же нам оправдываться? Вот и директор сразу сказал, что среди нас даже стахановцы есть.
— Да. Только казах крепче запомнит тех, которые объедали целую зиму его колхоз, а потом сбежали, чем тех, которые работали не у него, а у соседа.
— Да, хорошую память мы тут по себе оставим, нечего сказать… — вздохнула госпожа Роек.
Они разошлись в угнетенном состоянии. Но госпожа Роек не могла успокоиться:
— Надо ехать в город. Может, узнаю, кто там был, в этой «Красной звезде»… Ну и этот уполномоченный посольства. Должны они нам помогать или нет? Все время об этом разговор идет… А тут Олесь совсем оборвался. С тебя, Ядвига, дитя мое, тоже скоро туфли свалятся…
— Мне не надо, уже тепло, буду босиком ходить.
— Выдумаешь тоже!