— На берег вытащил, привязал вроде крепко, да ведь ветрище-то какой!
— Ужо утихнет. О, вон аист зашевелился!
Аист и вправду шевельнулся, тяжело встал и принялся расправлять длинные яркие ноги. Потом наклонил голову и, видимо, присматривался к аистенку.
Посветлело. Ветер теперь шел верхом, гоня перед собой тучи, из которых еще падали редкие капли.
— Ну что ж, давай собираться помаленьку.
— Обождите еще немного, пусть хоть вода сойдет, — вежливо удерживал Радзюк. — Вот я выгляну, что там на божьем свете делается.
Вышли все. У самого порога стояла огромная лужа, вода протекла и в сени.
— Тато, тато, глядите! — закричала Стаська.
— Вот те на! Навес повалило.
Косматая шапка навеса, укрепленная на четырех жердях, лежала на земле, как трухлявый старый гриб.