А между тем Игнатий Вольский в Синицах, Абрам Розен во Влуках и Моисей Окренцик в Руде придумали новый способ. Не хотите — не надо. Обойдемся. Раньше они вечно ссорились и грызлись как конкуренты, вдобавок Вольский был поляк и католик, а остальные евреи, но сейчас они легко нашли общий язык.
Ранним утром из Синиц выехала подвода и вернулась поздно вечером, набитая людьми.
— Раньше-то им ходить с плотами не приходилось, вот в чем трудность. Но ведь и не бог весть какое умение требуется.
Купец всматривался в сухие, изможденные лица. Это были мужики из Зеленок. Одежда висела на них, словно на скелетах, несло прелыми онучами.
— Слабы…
— Что ж с того? Поедет их больше, справятся, — успокаивал чернявый подросток, племянник Розена.
— Сколько ж их?
— Я привез этих восемь человек, а к утру придут остальные. Я велел оповестить по всем избам, к утру здесь будет толпа.
Купец отозвал паренька в сторону.
— Почем договорился?