Они повернули обратно в деревню. Снова пришлось протискиваться сквозь густой низкорослый сосняк, снова лесная дорога, снова тропинка через замерзшую реку, где местами из-под разметенного ветром снега появился синеватый лед, а у берегов чернели проруби.
— Кого бы позвать? Совюков разве, но этого мало, ведь их теперь только двое с тех пор, как Васыля забрали… А кабан пудов двадцать весит, да и дорога дальняя.
Совюки были дома. Ольга забежала еще в соседнюю избу позвать Кузьму. Вчетвером они и отправились в лес. Павел нес длинную жердь и ремни.
— Неужто он так на вас и бросился? — недоверчиво переспрашивал Данило Совюк.
— Прямо на нас! Видно, спугнул его кто-то.
— Если бы еще самка с поросятами, по осени, когда они маленькие, ну, это бывает, но чтобы кабан…
— Уж не знаю, а только он кинулся раз, а потом, когда я хватил его по башке, еще раз.
— Кто его знает, где он теперь. Живучая бестия, может, уж бог весть куда забежал.
— Как бы не так! Весь топор в черепе у него увяз, далеко ему не уйти!
— Поискать можно. Найдем так найдем, а нет, так дров из лесу захватим.