Габриельский весь затрясся:
— Ну и черт с вами! Что я, к вам в няньки нанялся? Мы ведь с вами не венчались! Нужны мне ваши нервы и настроения! Забираю своих и еду! Интересно, как вы тут справитесь с одним десятком солдат и без пулемета! Да и ваши люди что-то между собой шушукаются. Мне сдается, останетесь вы один как перст.
— Ну и пусть останусь, — простонал поручик и лег лицом в траву.
Войдыга, посвистывая, смущенно глядел в сторону.
— Ну, господа, собираем манатки и двигаемся, — бодро объявил помещик и вскочил на ноги.
Никто из солдат не шелохнулся, но полицейские собрались у телеги.
— Что касается нас, то наше положение… — начал было сержант, но Габриельский махнул рукой.
— Один черт! Попадем в руки мужикам, они нам все равно кишки выпустят — и вам и мне, хоть я и не ношу синего мундирчика. А нарвемся на большевиков, — тогда уж либо они нас, либо мы их… Поручик у нас совсем скис, пусть себе тут остается, а мы двинемся.
— Куда?
Он пожал плечами.