— А я, знаешь ли, сынок, так думаю: может быть, и в самом деле послать ее к ним в Варшаву? У тети дела идут хорошо, почему бы девочке не поехать…
Вицек поражен. Ему даже больно за мать, что она с таким легким сердцем соглашается отправить сестричку к тетке. Но он ничего не говорит. Матери, надо полагать, виднее, как поступить.
— И деньги на билет тетка прислала.
И вот Хелька уезжает. Семья становится меньше на одного человека.
Вицек возвращается к себе, в свой угол в мастерской, огорченный и злой.
Как-то в будни к нему забежал Владек. Вицек видит: в башмаках у мальчика дыры, каши просят.
— Отчего же мама не снесла их к сапожнику? — сердито спрашивает Вицек.
— Денег нет, — спокойно отвечает Владек.
— Денег?
— Барыня с Черновейской уже не дает белье в стирку, сказала, что мама плохо стирает. А лавочница стала платить меньше. Говорит: видно, у мамы сил нет — раньше лучше стирала. И вот не хочет платить столько, сколько прежде.