— Конечно! А весной деньги разойдутся, и хозяева вовсе нищими останутся.
— Он-то заплатит! Грош даст, а люди польстятся. Вот он чуть не даром все и загребет.
— Да на что ему эта земля? Мало у него, что ли?
— Хочет купить, — неохотно пробормотал староста. — Говорил, что много купит, до самого леса. Для округления, значит.
— Не дождется! Округление… Слушайте, Верциох, так он и вашу землю купить хочет? Ваша-то к его землям всех ближе.
— Все земли, все он купит для округления, вдоль всего протока в лугах, — подтвердил Роман.
Калинский староста только покачал головой. Винцент сидел спокойно, хотя чувствовал, как у него кровь приливает к лицу.
— Надо что-то делать, — сказал Скужак.
— Делать? — заорала Скалчиха. — А я вот прямо говорю: ежели кто продаст хоть клочок, я ему глаза выцарапаю. Уж он этим иудиным серебреникам не обрадуется!
Плыцяк стукнул палкой в пол. Все утихли.