— Отчего не помочь? — Хмелянчук глянул в сторону, в придорожную канаву. — Помочь можно. Я-то всегда за советскую власть. Только вот помаленьку надо. Народ у нас такой…
— Несознательный элемент, это понятно! Понемножку обработаем!
— Оно конечно… — согласился Хмелянчук и осторожно огляделся по сторонам, не видит ли его кто. Но дорога уже опустела, и он успокоился.
— А у вас много земли?
Мужик съежился и втянул голову в плечи.
— Земли? Какая там у нас земля! Песок да болота… Что не сгниет, то высохнет. Тоже, хозяйство!
— Теперь все будет по-другому, — уверенно заявил Овсеенко. Хмелянчук усердно поддакивал:
— Оно конечно, конечно… Теперь ведь советская власть. Уж она справится и с песком и с болотами.
Овсеенко не заметил насмешливой нотки в его голосе. Он был доволен. Вот инструктировали его, инструктировали, — сколько один политрук голову морочил! — а самое главное, это уметь попросту подойти к человеку.
— Будет у вас время, зайдите ко мне, поговорим, — приглашал он.