— Те, кто работали в усадьбе, разумеется… Они обрабатывали землю ради чужой пользы, чужой выгоды… А теперь получат эту землю в собственность.
— Такой шум подняли, а теперь вон что, нищих наделять! — горько жаловалась Мультынючиха. — Тогда нечего было и людей отрывать от картошки. Пусть их берут, пусть подавятся…
— Хватит и вам и им, — вмешался Данила.
— Не так уж и много ее, этой земли.
— Ишь, сразу мало стало, как себе примеривать начала…
— Товарищи, прошу успокоиться! — Овсеенко уже колотил кулаком по столу. — Так мы ни к чему не придем!
Мужики успокоились, испугавшись, что он прервет собрание. Овсеенко снова долго и витиевато объяснял. Разворачивал планы, которые достал в усадебной конторе.
— Теперь каждый скажет, сколько у него земли.
— Ну да, чтобы мошенничали! — возмутилась Паручиха.
— Этак каждый сбрешет!