Все прислушивались к каждому шороху - ждали фею музыки. Это было время самых длинных дней и самых коротких ночей. Фея музыки и, правда, явилась. Ольга сказала:
- Прости, что я тебя вызвала. Мне хочется, чтобы музыка всегда играла в моём доме и мой жених Коля и мои друзья были всегда рядом, пока смерть нас не разлучит!» Фея музыки сказала: «Прежде чем я скажу своё заклинание, вы должны подумать. У вас у всех есть время покинуть Олину комнату и оставить её одну. Если вы после этой катушки поставите новую и она кончится, тогда будет поздно покинуть комнату, вы все окажетесь в музыкальном плену и будете вечно сидеть и слушать музыку у Оли».
И Фея музыки начала своё заклинание: «Капси-Мапси-Вись, в доме и на дворе время остановись, а в других местах пусть оно идёт. У людей проходит год, у тебя всего лишь день. Никому в голову не придёт, что ты существуешь. Гасить в человеке могу я всё, но не любовь, она на земле самая важная. Человека не будет - свою душу и любовь он забирает в небеса. Она для меня неприкосновенна. Спасти от моего заклинания сможет только преданный и любищий человек, который вокруг себя ничего не видит и не слышит, а живёт только по велению сердца. Тогда моё заклятие потеряет силу.
Через час все покинули Олин дом и двор. Она осталась с магнитофоном одна. Последним вышел Коля. Он посмотрел на неё влюблённо, закрыл за собой дверь и ушёл. На том месте, где был дом, сад и огород, осталось воздушное пространство. Дом как бы растворился, для односельчан он больше не существовал. Для почтальона Якова не существовали даже письма, которые были адресованы Оле. Олина музыка доносилась теперь тихо-тихо, как будто не из дома, а из леса.
Молодёжь шла домой по тихой вечерней улице и слышала музыку с танцплощадки. Деревня вырисовывалась в темноте, в окнах горел свет, а на танцплощадке слабо шумели над головами берёзы. Музыка прекращалась, потом снова звучала. Иностранная танцевальная «Кисцол» (Kiszol) повторялась несколько раз. Все шли домой спать.
С того момента прошло несколько месяцев, в деревню пришла осень, в берёзовом лесу начался золотой листопад. Пришли грибные дни. Люди готовились к зиме: копали кортофель, убирали овощи и фрукты.
Нежданная зима накрыла деревню рано. Тихий снег присыпал огороды, степь и поля. Казалось, жизнь в деревне прекратилась в один миг. Не было видно ни одного человеческого следа. В переулке между двух огородов стояла сплошная вода, замёрзшая лужа блестела, как каток. На первых осенних каникулах дети катались на валенках и сапогах, громко смеясь. Их красные щёки горели, как у марафонцев. Коля с досадой наблюдал за детьми. Он подумал, как быстро прошло школьное время, когда он протаптывал в свежем рыхлом снегу первую лыжню.
Сегодня его призвали в армию. Над клубом развевался красный флаг, к некоторым заборам были прибиты небольшие флажки. До ноябрьских праздников оставались считанные дни. В деревне прошёл слух, что Колю записали в стройбат. К этому отнеслись с насмешкой. А потом кто-то сказал: «Это даже хорошо: он научится строить дома и отделывать их. И после службы будет мастером на все руки».
Коля жил армейской жизнью, но его одолевали мысли о любимой Оле, которой нет рядом. Он воображал, что целует её, слышит её мягкий, бархатный голосок. Какое счастье любить и быть любимым! Эти мысли не давали ему покоя, и он написал письмо, излил свою душу.
Здравствуй, дорогая, милая Оля!