«Олег совокупи множество Варяг (Франков), Словен (Новгородских), Чуди, Кривичей (Литвы), Mери, Древлян, Радимичей, Вятичей, Полян, Cевер (Сербов), Хорватов (Карпатских), Дулебов (Далмать), Тиверцов (Тывровцов) и си вси звахусь от Грек Великая CкуӨь. С ними со всеми пойде Олег на конех и на. кораблех, и бе числом корабль 2000 прииде к Царюграду.»
2000 кораблей было какое-то исторически-условное число у Скифов, то есть Руссов. По Аммиану, в половине третьяго [неразб. ] столетия, на 2000 кораблях, и без сомнения также с сухопутным войском, Скифы прошли грозой по набережным Мизии, Фракии, и проникли в Эпир и Фессалию. ([274] ) В 774 году, теже Скифы, в союзе с Булгарами, ([275] ) поднялись на Византию, также в числе 2000 Русских лодий (Ψoυσια χελανδια).
Точно таким же образом В. К. Игорь, во второй поход, «совокупи вой многи: Варяги, Русь, Поляны, Словены, Кривичи, Тиверцы, и Печенеги ная (нанял) и Тали (заложников) у них поя, и пойде на Греки в лодьях и на конех, хотя мстити себе." ([276] )
Точно таким же образом, подвигнув в 447 году всю Великую Скуөь на Грецию, и покорив города по Дунаю, область Сирмию, ([277] ) Ниссу (Нишаву) и Сардику (Софию, Триадицу), Аттила заставил преклониться пред собой Феодосия и послал к нему для совершения договора Годичана ('Eδεиων) ([278] ) одного из своих знаменитейших воевод, и Ореста, урожденца Паннонии, с писъмом, заключавшим следующия условия мира:
1. Невозвращенных еще переметчиков немедленно возвратить.
2. Римляне (Греки) очистят, под опасением возобновления войны, все покоренные оружием царя Аттилы земли, простирающияся по течению Истра от областей Пеонии (Паннонии) по протяжению областей Фракийских, в длину, и на 5 дней пути (200.версгь) в ширину. ([279] )
3. Бывшее издревле торжище на берегу Дунайском, перенесется на новую границу, в Ниссу.
4. Впредь послы от Императора к царю Аттиле должны быть не из разночинцев, но знаменитые мужи по роду и консульскаго сана.
Самолюбие Феодосия до того было затронуто, что он решился на предложение своего любимца Евнуха Хрисафия, подкупить посла на убийство Аттилы. Переводчик Вигила (Вико, Викул) был орудием замысла. Годичан, осматривая показываемые ему дворцы императорские, ([280] ) дивился и восхвалял великолепиe и богатство их. Хрисафий думал воспользоваться этим изумлением, и дал ему понять, что подобное же богатство и почести ожидают и его, если только он оставит Скифию и пожелает быть Римлянином. «На сколько не позволительно слуге чуждаго мне господина делать подобное предложение, на столько же преступно принимать его, — отвечал Годичан.
Этот ответ не отклонил злодейских надежд на него. Ему предложили в задаток всех обещаний сто фунтов золота. Но, изведав цель замысла убить Аттилу, Годичан, в свою очередь, замыслил явно обличить виновников пред Аттилой.