— Честнейший, благороднейший, в этом я тебе круглая порука.
— Помилуй, сестра, не сама ли ты поручилась, что он пособит мне ограбить бедного человека!
Старуха взбесилась, уехала.
Таким образом Эротида избавилась от третьего жениха.
III
Бригадир отстаивал дочь свою от нашествия женихов; сама же Эротида и не думала о женихах, потому что сперва должно иметь хотя теоретическое понятие о любви, а она была окружена со всех сторон прошедшим веком, который не любил говорить при девушках о том, чего им знать не надлежало.
Эротиде очень веселы казались муштры воинские и рассказы отцовские про походы и как в турецкую войну меркетентерам турки головы резали.
Она почти не скидала амазонского платья, которое состояло из пьеро мундирного покроя, палевого тафтяного жилета и пуховой шляпы, убранной лентами.
Сердце ее было свободно, душа чиста, ее небо ясно, поле жизни усеяно цветами, а в характере Эротиды было что-то неробкое, решительное.
Итак, Эротида не ведала любви; но наступает время, в которое оболочка кокоса разрывается с громом.