— Тут слова: Эротида, 1811 года. Это, верно, имя матушки вашей?..
— Ее имя… — отвечал Г…ъ нетвердым голосом. — Вы подарили меня счастьем!.. — продолжал он, надевая на руку кольцо и целуя его.
Но Эмилия не обращает внимания на его восторг. Она встала с места, вышла из комнаты…
«Что это значит? — думал Г…ъ. — Понимаю! порыв любви и испуганная скромность женщины…»
Вместо Эмилии вышла горничная девушка и объявила, что госпожа ее чувствует себя нездоровою и извиняется, что принуждена отложить поездку за город.
«А, плутовка! — думал Г…ъ, выходя и рассматривая кольцо, полученное от Эмилии. На нем было вырезано имя, но соскоблено… Может быть, это имя… но все равно!., что мне нужды до прошедшего! Золотые ключи от города высланы навстречу победителю, и город будет наш!»
Г…ъ идет домой. Для него необходимо рассеяние; взор его светел, он щедр за общим столом, он готов лить шампанское на голову тому, кто не пьет его. После обеда рассыпает он червонцы на стол, тасует карты; понтеры трещат колодами, выигрышные червонцы в банке; пошли углы, транспорты, темные, на все четыре, до первой убитой …
— Ва-банк! — раздается в углу стола.
Ротмистр вскидывает взоры. Это знакомец его, молодой человек.
— А, мое почтение!.. Не хотелось бы на все, да нечего делать, за мной реванж.