— Прикажете сделать репетицию? — сказал поручик, подошед к нему и приложив руку к шляпе.
— Репетицию, репетицию! — отвечал важно окружной гарнизонный командир.
— Смирно!.. Смотри же, ребята, не робеть! Делать, что скомандует Адам Иванович! — сказал поручик, обращаясь к фронту.
— Извольте командовать, Иван Иванович!
— Что прикажете? — отвечал поручик, приложив руку к шляпе.
— Извольте командовать… по принадлежности.
— Слушаюсь! — отвечал поручик. — Смотри же, ребята, не робеть; делать, что я буду командовать! — вскричал он, обратись к команде.
И поручик встал уже перед фронтом, вложил шпагу в ножны, вытянулся, откашлянул, разинул рот.
— Слу-у-у-у…
— Помилуйте! Адам Иванович! — прервал его звонкий голос городничего, скакавшего по городу для восстановления порядка и остановившегося перед фронтом подле окружного командира. — Помилуйте, вы по сие время не назначили караула к его высокопревосходительству, не отправили даже вестовых и ординарцев!