Саломею Петровну, казалось, затруднил этот вопрос, и она вдумчиво спросила:
– Ваше имение далеко отсюда?
– Близёхонько, верст сто с небольшим; у меня там и дом, и все есть, и церковь, и все-с… Сделайте одолжение, Саломея Петровна… – сказал Федор Петрович, кланяясь.
– Я решилась… но каким же образом?
– Уж это как прикажете, – отвечал Федор Петрович, не зная сам, каким образом увозят.
Это покорное предоставление права распоряжаться было в духе Саломеи Петровны. Она подумала и сказала:
– Медлить нельзя; завтра в шесть часов вечера я приеду в галицынскую галерею… экипажу своему велите остановиться со стороны театра и ждите меня у входа. Только приезжайте в крытом экипаже, чтоб меня не узнали.
– Непременно-с, в шесть часов подле театра.
– Подле галицынской галереи[23].
– Непременно-с! – повторил Федор Петрович и замолк, не зная, что ему дальше говорить.