– Это ужас! – вскричал Желынский, бросая карты. – Терпеть не могу этот штос!
– Зачем дело стало, – банчику!
– Нет! покорно благодарю! да еще против одного!…
– Извольте, я тоже приставлю, – сказал Дмитрицкий, – надо же что-нибудь делать: я смотреть не люблю.
– Охо-хо! гроши мои, гроши! – сказал вздыхая Желынский, высыпая на стол из кошелька сотни две червонцев. – Новые карты!
Началась игра. У Желынского точно как будто колода никогда в руках не бывала. Так глупо держит, что все карты видны. Дмитрицкий думает: «Такого олуxa не трудно обыграть!» Подсмотрит карту, – аттанде! и поставит на хороший куш, да еще примажет. Разгорелся, подымает выше.
– Отвечаете? – вскричал он наконец, поставив темную.
– Отвечаю! – с досадой отвечал Желынский, – отвечаю до десяти тысяч!
– Аттанде! отвечаете?
– Отвечаю!