– Объявление? – проговорил Желынский, не понимая, что за благодетельная судьба вытащила Дмитрицкого в окно прямо в полицию.
– Как же-с, – продолжал квартальный, – объявление, что вот так и так, о чем градскую полицию и объявить честь имею… Просто-с; а уж там наше дело.
– Да это протянется бог знает сколько времени, а мне надо завтра чем свет ехать!… Нельзя ли теперь же отобрать у него бумаги и деньги…
– Все отобрано-с, хранится у господина городничего; уж до завтра; теперь невозможно.
– Ах, досада какая!
– Никак нельзя, ваше сиятельство.
– Так позвольте, я сейчас же напишу объявление; только я не знаю формы.
– Да не угодно ли, я напишу, ваше сиятельство.
– Сделайте одолжение; вот вам бумага и чернила.
– Извольте сказать приметы вашего человека или, лучше всего, пожалуйте паспорт его.