– Туши свечи! – проговорил он, наконец, – или постой; где человек Петра Григорьевича?

– Он уже ушел, ваше превосходительство, – отвечал слуга.

– Зачем же он ушел, когда я ничего еще не сказал!…

– Не могу знать-с.

– Дурак! Где Борис?… Борис!… что ж ты нейдешь, когда кличут?… Зачем отпустили человека без моего приказания?

– Кто ж его отпустил, ваше превосходительство. Он пришел, сказал, что велели, да и ушел.

– Что ж он сказал?

– Да то, что господа не могут быть, барышня, вишь, будто бы заболела.

– Будто бы!… Я даже не успел спросить, чем заболела! А ты, дурак, не догадался?… Карету!

– Давно готова-с.