– Выпейте, беспременно надо выпить; вишь совсем посоловели… Эх, да извольте пить!…
Прохор Васильевич выпил и потер голову.
– Пообождите же немножко, я сбегаю. Прилягте, поуспокойтесь…
Прохор Васильевич послушно прилег на нары, но не забылся сном. Смутные мысли бродили в его голове и воплощались в видения. С испугом приподнимая голову, он всматривался в них и снова ложился.
В час за полночь пришли Трифон Исаев и Конон.
– Прохор Васильевич, пойдемте скорей, – сказал Трифон, взяв его за руку.
– А? что такое? – спросил он, приподнимаясь.
– Пойдемте, сударь, уж чего я для вас не делал… если б вы знали, чего мне стоило…
– Ох, нет, Лукерьюшка, погоди, я подумаю, – отвечал Прохор Васильевич тихо, смотря неподвижными взорами на Трифона Исаева.
– Он что-то бредит! – сказал Конон на ухо Трифону.