– Неужели? Вы моложавы.
– Посмотрим, посмотрим на Туруцкого, как-то он вывезет! На француженке!… Она уж у него давно!
– Вероятно.
– Ну, в таком случае понятно, для чего он женится… Ah, monsieur de Volobouge![206] Вам также любопытно видеть свадьбу? Свадьба замечательная; эта чета хоть кого удивит: жениху за семьдесят лет.
– Что ж такое, – отвечал Волобуж, – chavez-vous, лета ничего не значат; кому определено прожить, например, сто лет, тот в семьдесят только что возмужал; а кому тридцать, того в двадцать пять должно считать старше семидесятилетнего.
– А что вы думаете, это совершенная правда.
– Сейчас едет барин, – сказал торопливо вошедший человек в ливрее старосте церковному, – свечи-то готовы?
– Готовы.
– Что, брат, слово-то мое сбылось, что пансионерок-то заводят для того, чтоб жениться на них.
– Уж ты говори! – отвечал староста, – греха-то теперь на свете и не оберешься!