– С ним когда угодно разделывайтесь, а со мной теперь же кончим счеты.
– Да неужели ты не веришь?
– Для чего же не верить! Теперь вы пожалуйте мне сто рублев, а после сговора остальные полтораста.
– Как это можно, вперед сто рублей! Бог знает, еще пойдет ли дело.
– Уж об этом не беспокойтесь.
– Ну, так и быть, – сказала, наконец, Аграфена Ивановна, долго жавшись. Раз десять пересчитывала она четыре беленькие бумажки, щупала и терла их, как будто колдовала, чтоб распластать каждую надвое.
IV
Устроив одно дело, Василиса Савишна положила деньги в карман и – себе на уме – отправилась устраивать судьбу двух других существ.
«Терять времени нечего», – думала она; по дороге завернула в хлебню, купила большой крендель, усаженный изюмом и осыпанный миндалем, и – прямо к Печкину.
Между тем Федор Петрович на новоселье накушался досыта, наслушался органа вдоволь, пошел в свой номер и ничего лучше не придумал, как успокоиться после дневных забот. Но так как сон не вдруг принял его в свои объятия, то Федор Петрович долго осматривал комнату, в которую привела его судьба.