продолжала Райна; и на очах ее копились слезы.
— Ни отца, ни братьев со мной! и головы приклонить не к кому!.. Майя моя! были мне радости, покуда ты была жива, а умерла, горький мне плач и огненные слезы!
— Чу, бубны и трубы! Шум какой! — вскричала Неда. — Пойдем на вышку, призови Туллу! да узнай, не приехал ли король!
Неда выбежала; а Райна боязливо смотрела в окно, из которого видны были сквозь деревья только скалы над монастырем и виноградники маторские.
Красота юной Райны уже славилась в народе. "Добросанна, добра и благородна королевна наша, — говорили все, кто видел ее, — красен и чуден ее образ, ясны очи, черны зеницы, румяный лик приосенен долгою владью; нет ей двойнички на белом свете!"
— Да, верно, недобрая весть пришла! — кричала Тулла, входя в горницу королевны.
— Какая же весть? скажи, Тулла! О боже, пронеси мимо нас печали!.. Что ж ты молчишь, Тулла?
— Не знаю, не знаю сама, что такое! — отвечала старуха. — Да чему ж худому быть? Ведь над нами бог.
— Отчего ж измерла душа моя!.. Пойдемте на вышку. И Райна, схватив старуху за руку, повлекла ее за собой.
Они прошли сени и переходы, вышли на стену и потом взобрались на башню летнего дворца королевского, возвышавшегося на одном из холмов посереди саду.