— Да просто Нильская с дочерью. Будто?
— Ей-богу: так-с!
— Хм! а я думал… ну, да все равно: смотри же ты, не говори своему знакомцу…
— Что ж мне говорить? Уж известное дело, что наш брат должен молчать.
Пилигрим возвратился в залу, обегал толпы, отыскал розовую пилигримку, следит за ней, догоняет, подходит и кланяется ей и ее спутнице как знакомым.
Лида беспокойно осмотрела его с головы до ног; а ее мать отгадывала, кто он.
— Вы меня, верно, не узнаете? — пропищал пилигрим.
— Нет! — отвечала Лида.
— Кассандра должна знать, — сказал он, приклонясь к ней. — Вы не откажетесь танцевать со мною кадриль?
Пилигримка подала ему руку. Рука ее дрожала.