— Ну, ну, Анна Тихоновна! — вскричал Городничий.
— Наталья Ильинишна будет говорить об этом с мужем и дочерью… на днях.
— Так это еще дело не решенное?
— Когда Наталья Ильинишна сказала: да, так уж это все равно, что вас обручили; она сказала сама, что только одно может на время быть препятствием — лета Зои Романовны: ей только пятнадцать лет, а Роман Матвеевич не желает отдать дочери замуж прежде 20-ти лет.
— Ах, боже мой!
— Но Наталья Ильинишна уверена, что успеет уговорить его.
— Когда ж это решится?
— Нельзя вдруг; вы знаете, что надо выбрать удобное время, веселый час — вашу братью не скоро уломаешь: мужья народ несговорчивый; настаивать — хуже.
— О, боже мой, боже мой! так это еще не верно.
— Я говорю вам, что это дело слаженное.