В то самое время, как наш Поэт ходил в отчаянии по улицам Петербурга и проклинал литтературного демона, который соблазнил его славой и заставил забыть не только намерение возвратиться к стопам Зои, но даже любовь к Зое, — в заднепровском городке совершались с прочими искателями руки Зои события не менее горестные.
Однажды поутру вбежал к Анне Тихоновне с потерянным лицом Полковник.
— Анна Тихоновна! — вскричал он, — что это значит?..
— Что такое? — спросила испуганная Анна Тихоновна, вообразив, что ее хитрость открылась.
— Как что!.. У Зои Романовны есть жених!
— Это откуда?.. какой?.. кто?.. что это вы говорите?.. вы, господин Полковник.
— Как кто?.. Кажется, вам бы должно было прежде меня знать! — сказал Полковник с сердцем, садясь на стул и оттирая пот с лица.
— Или вы шутите, или над вами кто-нибудь подшутил, г. Полковник, — сказала и Анна Тихоновна с сердцем, — я делала для вас, что могла с своей стороны… А если вы думаете, то есть сомневаетесь или полагаете, что я вас обманываю, то извольте свататься сами!
— Помилуйте, Анна Тихоновна, какое сватовство, когда адъютантик, сын князя Лиманского, почти уже просватан и говорят, что на днях свадьба.
У Анны Тихоновны отошло сердце: Лиманский не был из числа женихов, которых она сватала.