— А! вот это другой телё!
И — Эбергард Виллибальдович бросился целовать Романа Матвеевича.
— А все-таки дочь моя безумная девка! — продолжал Роман Матвеевич.
— Как!
— Да так! Вы умеете играть в бостон вдвоем,[135] господин Подполковник?
— Ниет!
— Вот видите ли: не только себе, она отцу не нашла постоянной партии.
— Я пуду учить… это не трудно.
— В бостон-то нетрудно, да в марьяж-то[136] играть в ваши лета уж не научитесь.
— Марьяж? Ооо! я марьяж играй, и ошень хорошо играй! это мой люпими икра.