«Вот еще дом, годный под квартиру, В. в-е![460] »
Я отворяю двери, вхожу… темно… Наступив на что-то мягкое, я невольно остановился… гляжу под ноги… «Любезный друг, здесь есть уже постояльцы!… если не живые, так мертвые!… смотри, сколько их разметалось по полу!»
«Виноват, В.в-е! – отвечал простодушный солдатик, – здесь, верно, гошпитальный амбар для склада покойников.»
Опять пошли ходить и ездить.
Еще квартиру показал пам вожатый наш. Тепла, хороша; но в ней только что упокоился один офицер, бывший в горячке.
– Невыгодна квартира! показывай другую.
«Больше нет, В.в-е!» – отвечал наш квартиргер[461].
Положение наше было не очень приятно: ночью, под дождем, посреди грязных улиц Гирсова. Однако же оно скоро улучшилось. Узнав, что плац-адъютант уехал на несколько времени из крепости, мы расположились в его квартире, теплой, снабженной всеми потребностями, необходимыми для военного спокойствия.
День XLIII
Сей день должен был начинаться главами CCCVII и CCCVIII; но так как они не явились в назначенное время к своему месту, то и были арестованы мною на двадцать четыре часа. (Примечание)