— Я не знаю Мальфриды, но если она тебя любит… — отвечала Торальда, облокотись на плечо Зигмунда и преклонив свою голову к его голове.
— Доканчивай!.. но я опишу тебе Мальфриду! — вскричал Оккэ. — Она дочь Конунга…
— Дочь Конунга! — прервала Торальда с удивлением. — Ах, это великая особа!
— Да! дочь Конунга! — продолжал Оккэ. — Она сказала вассалу отца своего: "Я буду Блотадой, Оккэ, или женой твоей! отец может избрать первое, я избираю второе!" О, эти слова как руны неизгладимы и сбудутся, как предвещания Скульды!.. Но покуда я жив, Мальфрида не облечется в белую одежду, не наденет на себя непроницаемого покрова!..
— Это ужасная участь! Как должна теперь страдать Мальфрида! — произнесла сквозь слезы Торальда. — Я не знала подобного несчастья, и ты, Зигмунд, не страдал от любви ко мне. Помнишь, когда ты и брат твой жили у отца моего? Отец мой Ульф так любил тебя и матушка Рагнхильда также любила; она никогда и не думала бы отказать такому храброму мужу, как ты. Помнишь, когда ты в горах убил медведя, батюшка Ульф сказал так: "Это есть одно героическое деяние!" и прибавил еще: "Зигмунд много великих дел произведет!" И он правду сказал. Когда ты вырос и приобрел силу и мужество, то сказал отцу моему: "Теперь уже, любезный Ульф, опекун мой, время мне и брату и других людей знать, править конем и ратовать; пойдем мы к Олофу Тригвазону, который вызывает к себе на службу многих рыцарей". Ульф сказал на то: "Так должно случиться, как вы сами желаете!" И тогда одел он тебя в воинскую одежду; о, как мы тогда плакали! Потом пошел отец мой провожать вас до Доврефьельда, откуда виден уже и Оркедаль; тут сел он отдохнуть, и вы сели; и рассказал он вам, как вы ему достались от Бонда Торальда, который вывез вас младенцами из Упландии; а ты ему сказал: "Чудное дело это, любезный опекун; а я тебе хочу сказать, что я не добром заплатил за твою опеку, потому что твоя дочь сказала мне, что она непраздна и что этому виноват один только я…" — "Знаю, — возразил тогда отец мой, — я замечал вашу любовь, да не хотел запрещать ее…" Ты тогда сказал: "Потому-то, любезный опекун, я и хочу просить тебя, чтоб ты Торальду ни за кого другого не выдавал замуж, кроме меня; ибо я хочу иметь ее женою, и другую не желаю иметь…" Батюшка Ульф согласился; а ты обещал возвратиться; и чрез три года исполнил свое обещание, и возвратился знатным уже и богатым мужем, получив от Норвежского Короля в лено Фэрей и много золота и одежды. Тогда и мне привез различные дары и красного бархату на платье…
Еще не успела кончить простодушная Торальда рассказа, вдруг раздался на вестовой башне звук рога.
— Друзья или неприятели плывут к острову?.. Тем и другим готовь прием! — сказал Зигмунд, стукнув кружкой по столу.
Вскоре вошел усатый воин.
— Купец Рафн приехал! — сказал он, остановись подле дверей.
— Рады! — отвечал Зигмунд. — Зови его в гости ко мне!