- И пускай окаменею, а королевичу расскажу про измену! - сказал егерь громко, так, что вороны его услышали.
- Карр, карр, жаль тебя! - прокаркали вороны и улетели.
Не успели они из виду скрыться, а на крышу опустились три голубя и - вот ведь чудо какое! - тоже начали меж собой говорить.
- Эх, бедняжки,- говорит первый голубь,- не поможет им, что мост благополучно минуют, всё равно не уйдут от погибели.
- Не уйдут, не уйдут,- сокрушается и второй голубь,- король-отец им карету пришлёт заколдованную.
- Эх, хорошо бы они в неё не садились! - говорит третий голубь.- Ведь если сядут, тотчас подымется страшный смерч, подхватит их вместе с лошадьми и каретой, а потом бросит оземь, да так, что и косточек от них не останется. Но если кто-то наш разговор подслушает, пусть остережется другим про это рассказывать, не то до пояса окаменеет.
- И пусть,- громко сказал егерь, чтоб услышали голуби,- всё равно расскажу.
Испугались голуби, вспорхнули с крыши и улетели. А на крыше - вот чудеса! - уже три орла сидят, разговаривают.
- Оно, может, конечно, статься, что ни мост, ни карета молодых не погубят,- рассуждает один орёл,- но что потом спасёт их, право, не знаю.
- И я не знаю,- подхватил другой.- В городе говорят, что король-отец вышлет сыну и невестке навстречу мантии, серебром и золотом шитые, с тем, чтоб они сразу в них облачились.