Глава I
В прохладный день конца лета 1174 года человек десять всадников выехали из леса, окружавшего полукольцом спускавшуюся к реке долину.
Тот, кого по оказываемым ему почестям без труда можно было признать за начальника маленького отряда, был закутан в черный плащ с накинутым на голову капюшоном. Суровое, лишенное роскоши, одеяние свидетельствовало о его принадлежности к монашескому ордену, и только драгоценные кольца, которыми были унизаны его руки, странно не вязались со всей скромностью наряда; наполовину закрытое капюшоном лицо его было бледно и красиво; холодные, надменные глаза, крепко сомкнутые губы, изредка раздвигаемые насмешливой улыбкой, орлиный нос все выдавало в нем человека страстного и наделенного сильной волей. Окружавшие его всадники были одеты с большой роскошью. Позолоченные кольчуги, шлемы и палаши сверкали на солнце; лиловые плащи с вышитыми на плечах серебряными крестами спадали почти до земли; головы лошадей были украшены такими же лиловыми султанами.
Выехав на опушку, человек, одетый монахом, придержал лошадь, и остальные последовали его примеру.
Несколько мгновений молча глядели все на развернувшуюся перед ними картину, затем монах обвел широким жестом руки всю окрестность и сказал:
— Вот, рыцари, Ланская земля. Отсюда вы можете любоваться на жилища свободных подданных его милости, короля Людовика. Благоговейте — владетели этих тучных полей имеют право на уважение; так же, как и вы, они подчиняются только королю и богу и могут, если им заблагорассудится, надеть кольчугу и шлем и отправиться на рыцарский турнир.
Эти слова, произнесенные с насмешливой серьезностью, были покрыты смехом окружающих.