— И то. Я эту корзинку к куму отнесу, а то наследники явятся, суд да дело… До увиданья-с…
Дай вам бог…
Не успел уйти, — окно настежь, и Митрошкина голова, а за Митрошкиной головой штук пятнадцать неизвестных голов. Разговор.
— Видите? Стоит на тубуретке и голова в петле.
— А и верно. Лысый, а самоубийствами занимается.
— Он у меня такой.
— А он вам кто приходится?
— Отец единоутробный. Беспартийный. И ехидный старичишка… А насчет веревки будьте безсумления. Как только крак, так сейчас я по куску каждому… Играете!..
— Запись тут на веревочные угрызения?