— «Калькуляцией»!..
— «Налогом»!..
— Извините, я же мать: мне придется перед богом за «налоги» отвечать…
— Ничего, — отныне вздором признается оный бог!
— Так «Барбосом» иль «Трезором» сделай сына, чтоб ты сдох!..
Шип, истерика, рыданье, звон стаканов, тьма имен, плач невинного созданья и «очковой тещи» стон…
III. Красные октябрины
Вдоль по улице Марата, мостовою, как сандвич, горделиво, франтовато выступает Псой Лукич, в сюртуке, и с красным бантом, и портфелем, и зонтом, на фуражке с красным кантом, и с солидным животом.
Сзади Псоя «половина», — с горем в розовых очах, — в Загс несет бедняжку сына на трепещущих руках…