– Да, господин профессор, – отвечал капитан.
– И я могу побывать на этих знаменитых островах, где потерпели кораблекрушение «Буссоль» и «Астролябия»?
– Если вам будет угодно, господин профессор.
– А как далеко до Ваникоро?
– А вот и Ваникоро, господин профессор.
Вместе с капитаном Немо я поднялся на палубу и глазами жадно впился в горизонт.
На северо-востоке виднелись два острова, разные по величине, но, несомненно, вулканического происхождения, окруженные коралловым барьером приблизительно до сорока миль в окружности. Мы были вблизи острова Ваникоро. Вернее, мы были у входа в маленькую гавань Вану, расположенную под 16°4 южной широты и 164°32 восточной долготы. Остров, казалось, был сплошь покрыт зеленью, начиная от берега до горных вершин, над которыми возвышалась вершина Капого высотой четыреста семьдесят шесть туазов.
«Наутилус», войдя через узкий пролив внутрь кораллового барьера, очутился за линией прибоя, в гавани, глубина которой доходила до тридцати – сорока саженей. В тени мангров виднелись фигуры дикарей, с величайшим удивлением следивших за нашим судном. Быть может, они принимали черный веретенообразный корпус «Наутилуса» за какое-нибудь китообразное животное, которого надо было опасаться?
Капитан Немо спросил меня, что мне известно о гибели Лаперуза.
– То, что известно всем, капитан, – отвечал я.