На другой день, 10 февраля, показались встречные суда. «Наутилус» опять пошел под воду. Но в полдень, к моменту определения координат, море было пустынно, и судно вновь всплыло на уровень своей ватерлинии.
Я вышел на палубу вместе с Недом и Конселем. На востоке, в мглистом тумане, едва вырисовывалась линия берега.
Опершись о дно шлюпки, мы беседовали на разные темы, как вдруг Нед Ленд, указывая рукой на какую-то точку в море, сказал:
– Вы ничего не видите, господин профессор?
– Ровно ничего, Нед! – отвечал я. – Но вы же знаете, я не хвалюсь зоркостью глаз.
– Смотрите хорошенько, – сказал Нед. – Вон там, впереди нас, по штирборту, почти вровень с прожектором! Неужто не видите?
– В самом деле, – сказал я, пристально вглядевшись, – на воде как будто движется какое-то темное длинное тело.
– Второй «Наутилус»! – сказал Консель.
– Ну нет! – возразил канадец. – Если не ошибаюсь, это какое-то морское животное.
– Неужели в Красном море водятся киты? – спросил Консель.