— Погоди, Джек, — сказал Гарри, удерживая товарища, уже спустившего ногу с площадки, чтобы встать на движущуюся ступеньку.
— Ну, вот, Гарри, — со смехом вскричал Джек, — ты добьешься того, что меня разорвет пополам!
— Слушай внимательно, Джек, — ответил Гарри, — потому что на этот раз серьезно буду говорить я.
— Слушаю. До следующего звена лестницы, не дольше.
— Джек, — продолжал Гарри, — я не хочу скрывать, что люблю Нелль. Мое заветное желание — назвать ее своей женой…
— Вот и отлично…
— Но пока она в таком состоянии, как сейчас, совесть не позволяет мне просить ее принять решение, которое должно быть бесповоротным.
— Что ты хочешь сказать, Гарри?
— Я хочу сказать, Джек, что Нелль никогда не покидала шахты, где, вероятно, и родилась. Она не знает ничего о внешнем мире, она его не видела. Ее глазам нужно ознакомиться с ним, — и сердцу, вероятно, тоже. Кто знает, какими станут ее мысли, когда она испытает новые впечатления? Ей не с чем сравнить то, что она до сих пор знала, и мне кажется, было бы обманом добиваться ее согласия, пока она не решится вполне сознательно предпочесть жизнь под землей всему остальному. Ты понимаешь меня, Джек?
— Да… смутно… Я понимаю… и особенно то, что из-за тебя пропущу еще одно звено лестницы!