— Нелль не хотела рассказывать, — повторял нередко Джемс Старр. — Но то, о чем она до сих пор не говорила никому, она не станет скрывать от своего мужа. Ведь опасность, которая будет грозить нам всем, нависнет и над Гарри. А если брак принесет молодым супругам счастье, друзьям же их безопасность, — значит, это хороший брак, или таких браков вообще не бывает на свете!
Рассуждение инженера Джемса Старра было вполне логично. Он поделился своими соображениями со стариком Симоном, и тот не мог их не одобрить. Итак, ничто, по-видимому, не препятствовало союзу Гарри и Нелль.
Да и что могло бы ему препятствовать? Гарри и Нелль любили друг друга. Старики родители не желали сыну лучшей подруги. Товарищи Гарри завидовали его счастью, но признавали, что он заслужил его. Девушка зависела только от себя самой и должна была спрашивать согласия только у своего сердца.
Но если никто не собирался мешать этому браку, то почему, когда в час отдыха гасли электрические фонари, когда над рабочим городом спускалась ночь и жители Колсити расходились по своим домам, — почему тогда из самого темного закоулка Нового Эберфойла во мраке выползало какое-то таинственное существо? Какой инстинкт руководил этим призраком, ведя его по узким, казалось бы, недоступным человеку проходам? Почему это загадочное создание, чьи глаза пронизывали глубочайший мрак, прокрадывалось к берегам озера Малькольм? Почему оно так упорно направлялось к жилищу Симона Форда, двигаясь с осторожностью, ускользая от всякого наблюдения? Зачем оно прикладывало ухо к окнам коттеджа и старалось уловить сквозь ставни обрывки разговора?
И когда некоторые слова достигали его слуха, почему оно злобно грозило кулаком мирному жилищу? Почему, наконец, с его искривленных гневом губ срывались слова:
— Она и он? Никогда!
17. ВОСХОД СОЛНЦА
Через месяц, вечером 20 августа, Симон Форд и Мэдж провожали наилучшими пожеланиями четырех туристов, собиравшихся покинуть коттедж. Джемс Старр, Джек Райан и Гарри сопровождали Нелль на поверхность земли, туда, куда ее нога еще не ступала ни разу, — в тот ослепительный мир, блеска которого ее глаза еще не знали.
Поездка должна была продолжаться два дня. Джемс Старр, а с ним и Гарри хотели, чтобы за эти сорок восемь часов, проведенных на поверхности, девушка увидела все, чего нельзя увидеть в мрачной шахте, то есть самые различные пейзажи, — чтобы ее глазам открылась панорама города, поля и горы, реки, озера, заливы, море.
В этой части Шотландии, между Эдинбургом и Глазго, природа словно собрала воедино все земные чудеса, а небо было таким же, как и везде: с вечно бегущими облаками, с ясной иль затуманенной луной, с сияющим солнцем, с россыпью звезд.