Вот уже десять лет, как эти шахты были заброшены. Новых месторождений не удалось найти, хотя бурение доходило до глубины полутора и даже двух тысяч футов, и Джемс Старр покинул Эберфойл, уверенный, что самый тонкий из пластов был разработан до полного истощения.
Было совершенно очевидно, что в таких обстоятельствах открытие нового угольного бассейна в глубинах английских недр имело бы огромную важность. Но относилось ли сообщение Симона Форда к чему-либо в этом роде? Вот о чем спрашивал себя Джемс Старр, вот на что хотелось ему надеяться.
Одним словом, не приглашали ли его завоевать еще один уголок богатой Черной Индии? Ему хотелось в это верить.
Второе письмо на миг спутало его мысли по этому поводу, но сейчас Джемс Старр не думал о нем. Кроме того, сын старого мастера был перед ним, ожидая его в назначенном месте. Значит, с анонимным письмом можно было не считаться.
Едва только инженер вышел на платформу, как молодой человек поспешил к нему.
— Ты Гарри Форд? — с живостью спросил Джемс Старр без всяких предисловий.
— Да, мистер Старр.
— Я не узнал бы тебя, дружок! За десять лет ты стал совсем взрослым.
— А я вас узнал, — ответил молодой шахтер, держа шляпу в руке. — Вы не изменились, сударь. Вы тот самый человек, который обнимал меня в прощальный день на шахте Дочерт. Такие вещи не забываются!
— Надень шляпу, Гарри, — сказал инженер. — Дождь так и льет, а вежливость не должна доводить до насморка.