В семь часов четырнадцать минут Гарри встал, вышел на площадку, вынул из кармана револьвер и, проверив заряды, приготовился к поединку.
В семь часов шестнадцать минут послышался все нараставший грохот встречного поезда.
Гарри Кембэл поднял револьвер на высоту своего лба и прицелился.
Паровозы промчались один мимо другого, оставляя позади облака белого пара.
Еще полсекунды — и почти одновременно раздались два выстрела. Журналист услышал свист пролетевшей рядом пули.
Вслед за тем оба поезда исчезли из виду друг друга. Только не подумайте, что звуки выстрелов хоть на миг смутили сидевших в вагоне путешественников! Нет! Гарри Кембэл спокойно вернулся в вагон и занял свое прежнее место, так и не узнав, задела его пуля коммодора или нет. Потом поезд помчал репортера «Трибюн» через штат Джорджия, получивший название Ключ южного свода, подобно тому как штат Пенсильвания называется Ключом северного свода.
После Войны за независимость столицей штата Джорджия стал город Атланта — в память оказанного им долгого сопротивления. Он стоит на высоте ста пятидесяти туазов у начала ущелий горной цепи Аппалачей. Проехав Джорджию до города Огасты, расположившегося на берегу реки Саванны и известного своими бумагопрядильными фабриками, поезд пересек территорию Южной Каролины и вечером второго июня остановился в Чарлстоне. Репортер закончил свое путешествие, сделав около тысячи пятисот миль по железной дороге из Санта-Фе, затерянного среди гор Среднего Запада, в Чарлстон, на берег Атлантического океана.
Из чарлстонских газет Гарри Кембэл узнал, что двое неразлучных, коммодор и Тюрк, тридцать первого мая проезжали через Огден, направляясь на всех парах в дальнюю часть Калифорнии. Никаких намеков на дуэль не было, о ней знали только сами участники, и если ни один из них не проговорится, тайна останется между ними. Но можно ли рассчитывать на скромность сочинителя газетных заметок?
Именно в Южной Каролине, на ее прибрежных островках, селились первые французские колонисты. Этот штат славится производством длинноволокнистого хлопка, богатыми урожаями риса великолепного качества и залежами фосфорнокислой соли. К несчастью, война его очень истощила. В Южной Каролине живет довольно много французов, потомков тех гугенотов, которые покинули родину после отмены Нантского эдикта. Чернокожие составляют три пятых населения, кстати, штат первым претворил в жизнь акт об освобождении невольников.