— Моя лошадь и я сделаем что можем, нельзя требовать большего от одного человека и одного животного.
Изидорио действительно не проявлял никакого упрямства и не щадил себя. Но Гарри Т. Кембэл решил как-то вызвать интерес к партии Гиппербона. На одной из самых крутых дорог горного перевала, посреди густых зеленеющих лесов, пока экипаж с трудом пробирался зигзагами лабиринта — среди камней, пней и свалившихся от старости деревьев, он сказал, обратившись к своему Автомедону:
— Изидорио, я хочу сделать тебе одно предложение.
— Сделайте, мистер Кембэл.
— Ты получишь тысячу долларов, если я буду завтра до полудня в Санта-Фе.
— Тысячу долларов? — переспросил испано-американец, прищуривая один глаз.
— Тысячу долларов, при условии, что я выиграю партию.
— А, — протянул Изидорио, — при условии, что…
— Ну, разумеется.
— Идет… Пусть будет так!